Площадь раскопок составила порядка 465 квадратных метров, глубина от современной поверхности — 5 м.
Это большей частью — подвал доходного дома и различных пристроек к нему. Они в свою очередь были возведены на ранее уже обжитой части (северной) и той, которая была занята кладбищем при церкви Алексия человека Божия (южная).
Север раскопа
В северной части раскопа в XVI веке стоял дом, во время пожара его кирпичная печь, плиточное мощение пола и кухонная утварь упали в подполье и были погребены (археологи пишут «законсервированы») под сгоревшими частями строения и слоем земли.
Здесь кроме кухонной и столовой посуды, крестов-тельников и ременной пряжки, была найдена белокаменную резную деталь, неизвестная для Руси XVI века. Похожее по декору украшение есть в коллекции Тверского государственного объединенного музея, но меньшего размера — эта находка была сделана на Затьмацком посаде в развале кирпичной печи постройки XVI века.
Еще интересны найденные перстни, в том числе, серебряный, со вставкой, и второй, на щитке которого изображен «лютый зверь» — традиционный сюжет для тверских монет и штампов на поливной керамике XV-XVI веков.
Нерядовой находкой называют ученые и осколки витражного стекла: стекло вещь дорогая, а в том веке — импортная. Такие артефакты свидетельствуют о высоком статусе владельцев дома.
Другая группа находок датируется XVII веком, построенный в это время дом тоже принадлежал зажиточному тверитянину. Когда-то в этой семье окна остекляли, пили напитки из кубков синего стекла, хранили жидкости в различных (в том числе расписном) штофах и коричневом поливном кувшине (аналогичном польским кувшинам XVI века), фрагменты которого подняли археологи. «Все артефакты, кроме возможно кувшина, имеют зарубежное происхождение», — уточняют специалисты.
Юг раскопа
Южная часть раскопа — кладбище, где были обнаружены 150 погребений разной степени сохранности. Многие разрушены из-за активного строительства на участке. Впрочем, есть и целые скелеты.
В захоронениях найдены нож, два перстня (один с тем самым "лютым зверем" на щитке, другой — с изображением птицы, предположительно павлина) и 5 копеек времени Ивана IV (Грозного).
«Почти все погребения совершены в гробах, от которых сохранился тлен. Зафиксированы несколько захоронений, сделанных в одной могильной яме, где остатки гроба не выявлены. Все погребенные лежали на спине со сложенными в районе груди или живота руками», — сообщает музей.
Но есть и нетипичное захоронение: без гробов. Здесь три человека (предположительно семья) были похоронены в позах спящих людей. «Ребенок и женщина погребены с уложенными под правую щеку руками. У мужчины правая рука была заведена под затылок, а левая поднята к плечу».
Фрагменты могильных плит, использованные в ходе более поздних строительств для фундаментов, различаются на тверские (с Т-образным знаком) и московские (с треугольно-выемчатым декором). На одной из плит есть часть надписи: «…января 29 дня преставися Оксинья Ст...».
Погребения, судя по инвентарю и вещам из заполнения могил, ученые датируют XVI–XVII веками.
