На протяжении многих лет в интернете не утихают споры о том, как правильно называть жителей Твери – тверитяне, тверичане, тверяки, тверичи? Зачастую сторонники той или иной версии готовы до хрипоты доказывать свою правоту, не забывая оставлять едкие, а порой и откровенно оскорбительные комментарии в адрес оппонентов.
«Тверская служба новостей» решила разобраться в этом вопросе.
И обратилась за комментариями к кандидату филологических наук, доценту кафедры русского языка Тверского государственного университета Ирине Ганжиной.
- Действительно, вопрос о том, как вас называть по месту жительства, судя по форумам в интернете, является очень востребованным, спорным и болезненным для жителей многих городов, а для Твери особенно, потому что у нас в обиходе оказалось не два и даже не три обозначения, - отмечает Ирина Михайловна. - В самом деле, как сказать правильно: тверяки, тверцы, тверичи, тверяне, тверичане, тверитяне? А как в единственном числе (тверяк, тверец, тверич, тверчанин, тверичанин, тверитянин?), да если еще надо назвать не жителя, а жительницу: тверитянка, тверичанка, тверчанка, тверянка, тверичка?
Разные источники называют разные варианты.
Например, в «Википедии» – источнике, где, к сожалению, современная молодежь черпает знания, считая его неоспоримым, Тверь даже выделена особо: «По отношению к жителям Твери и вовсе нет единого устоявшегося этнохоронима (термин для обозначения названий жителей того или иного населенного пункта), используется целая масса слов, таких, как тверича́не, тверичи́, тверитя́не и т. п.».
Казалось бы, можно посмотреть более авторитетные источники: словари, справочники… Однако и там сплошная путаница и вариативность, поскольку нередко условно «правильные» топонимические названия, то есть отраженные в филологических словарях, а вслед за ними и в справочниках для дикторов радио и телевидения, однако непривычные, не употребляемые самими жителями тех или иных населенных пунктов, отчетливо маркируются ими как «чужие» и «неграмотные»… Сами авторы подобных словарей признаются: «Словарь не является строго нормативным» [Словарь названий жителей СССР / Под ред. А.М. Бабкина, Е.А. Левашова. М., 1975]; «Словарь носит нормативный характер, хотя не все названия топонимов и «оттопонимы», представленные в нем, являются нормативными» [Городецкая И.Л., Левашов Е.А. Русские названия жителей: Словарь-справочник. М., 2003].
Лингвисты пытались выводить какие-то четкие закономерности.
Выясняли, с помощью какого суффикса образовывать названия жителей – в зависимости от рода существительного-названия города, от конечных звуков основы – но это ни к чему не привело. Дело в том, что для названий лиц по месту жительства в русском языке существует целая система суффиксов: -ич, -анин, -чанин, -итянин, -овчанин, -ец, -овец и др.; одни из них активны, другие единичны. Однако многие названия, особенно древние, к каковым относится и Тверь, сложились исторически, они расходятся с сегодняшней словотворческой нормой, передаются из поколения в поколение и, следовательно, их надо заведомо знать, а не производить самому (например: житель Пензы – не только пензенец, но и пензяк, Архангельска – по правилам современного словообразования – архангелец, а в исконном словоупотреблении – архангелогородец, а жители Торжка – новоторы, а не «торжокцы», как рекомендует (совершенно неправомерно!) орфографический словарь русского языка под редакцией В.В. Лопатина (и тут возникает сразу одна такая пикантная деталь: в таком случае житель Торжка будет торжокец? А как назвать женщину, проживающую в городе Торжке?). Человек, владеющий литературной нормой, должен знать эти исключения из современных словообразовательных правил.
Обычно подобные слова традиционно используются жителями определенной местности на протяжении многовековой истории.
Но в нашей области традиция была нарушена, длительное время (почти в течение всего XX века) использовалось слово калининцы… И, на мой взгляд, необходимо учитывать сложившиеся традиции и посмотреть на вопрос с точки зрения истории. А в памятниках тверской письменности периода формирования национального русского языка (XVI – XVII века) употребляется форма множественного числа тверичи, а для жителя мужского пола – тверитин (та же форма встречается и в «Хожении за три моря» Афанасия Никитина); лица женского пола в документах мне не встретились, но, поскольку они образовывались от соответствующих слов мужского рода, можно предположить, что это была бы тверитянка.
Это и есть, на мой взгляд, однозначно правильные обозначения.
Тем не менее язык – это живой организм, он часто развивается по своим законам, и, как в любом живом языке, в нем возникают процессы аналогии, это совершенно нормальное явление. Например, варианты тверитянин, тверичанин, которые можно считать вполне утвердившимися, по всей видимости, являются более поздними, возникшими по аналогии с обозначениями, где суффикс -анин был исконным. Так, в тех же памятниках письменности встречаются обозначения зубчанин, старичанин, волочанин, торопчанин – можно заметить, что звук ч в них входил в корень, где наблюдалось чередование ч/к, ч/ц – в названии Тверь звуков ц и к нет, и -чанин стал восприниматься как самостоятельный суффикс (а возможно, что в случае с тверитянин есть еще и аналогия с женским родом: тверитянка > тверитянин, с наращением -ян- от исконного тверитин). Вообще суффикс -чанин в современном русском языке чрезвычайно активен, и с этим нельзя не считаться.
Варианты же тверяне, тверяки, тверцы являются разговорными и даже просторечными вариантами и вряд ли их можно считать нормой литературного языка.
***
Получается, что однозначно правильного наименования жителей Твери нет, однако есть норма литературного языка и варианты, которым отдают предпочтение эксперты, занимающиеся изучением языковых проблем.
