Отцу-одиночке пришлось доказывать права на родную дочь

«Доча, все хорошо. Ну что такое?» — Леонид ласково берет двухлетнюю Виолетту на руки, и девочка снова начинает улыбаться. Так успокаивать умеют мамы. Но мамы у малышки и ее брата Максима нет. А с родным папой она познакомилась всего несколько месяцев назад.

«Сын-то меня сразу узнал. А с Виолеттой до этого ни разу не виделись», — говорит Леонид, вспоминая их встречу.

Произошла она в госучреждении, куда забрали детей. Потому что случилось страшное.

В тот день гражданская жена Леонида Екатерина сказала матери, что хочет выйти прогуляться. Нашли ее уже мертвой – женщина трагически погибла.

«И моя вина в этом тоже есть. Был бы я тогда рядом…»

Но Леонида не было. Он отбывал наказание за кражу. И Виолетта родилась, когда папа уже находился в колонии. Поэтому и встретились поздно.

К счастью, еще одну ошибку в своей жизни Леонид не совершил: «Когда узнал, что Кати больше нет, сразу созвонился из колонии с органами опеки, сказал, что обязательно заберу Макса и Виолетту, что они будут жить со мной. Понял, что нужен детям», — говорит отец-одиночка.

И слово свое сдержал – вернувшись, забрал сына. А вот с дочкой все оказалось сложнее. Дело в том, что в свидетельстве о рождении Виолетты Леонид не прописан как ее отец (в отличие от Максима). Свои права на родного ребенка пришлось доказывать, чего он и представить не мог. Да и кто знал, что сложится такая ситуация.

Предоставленные им доказательства суд не удовлетворили. Нужен был 100-процентный довод за – процедура ДНК.

Но денег на ее проведение у мужчины не хватало. Сотрудники соцзащиты посоветовали обратиться в благотворительный фонд «Константа». И вопрос был решен: Леонид – биологический отец Виолетты. Теперь наконец-то все дома.

Здесь чисто и уютно, на полках – детские книжки и игрушки. Рядом с этим добром – школьные учебники 11-летней Лизы, сестры Леонида.

«Живем мы впятером – я с детьми, моя мама и сестра», — объясняет он.

Квартира трехкомнатная, так что места всем хватает. А теперь у ребят есть и свой собственный домик, который можно раскрасить в любые цвета и с комфортом разместиться внутри. Это один из подарков от фонда «Константа», которые мы привезли семье.

Виолетта и Максим тут же берутся за фломастеры.

«Папа! Папа, помоги!» — зовет отца девочка. Говорит она хорошо и уверенно и явно чувствует себя дома маленькой хозяйкой. Хоть живет здесь всего два месяца.

«Максима получилось забрать раньше, с ним не было таких хлопот, — рассказывает Леонид, разрисовывая вместе с детьми домик. – Он радовался, что обратно едет. Хотя чувствовалось, что изменился – первое время в основном молчал».

Но теперь и сынишка разговорился, дома и стены помогают.

Помогают они и Леониду. Мужчина признается, что раньше мало внимания уделял своей матери, не вникал в домашние дела:

«Я ведь с 18 лет дома почти не жил, снимал квартиры. А теперь у нас с мамой стали более близкие отношения, она помогает мне с детьми».

«А как вы сами проводите с ними время?»

«Наверное, как все – гуляю, играю. Они обожают прятки. Каждый день слышу: «Пап, ищи!» И очень хорошо прячутся, между прочим», — улыбается Леонид.

Стали другими и его отношения с матерью покойной Екатерины. Когда-то женщина была резко против, чтобы дети жили с отцом, но теперь смягчилась. А Максим с Виолеттой часто гостят у бабушки.

О недавнем прошлом Леонид говорит скупо: «Я все понял. Больше этого не хочу, мне нужно детей воспитывать. Чтобы у них было достойное будущее, хорошее образование, хорошая работа».

Хочется верить, что у папы все получится!