Импортозамещение постепенно набирает обороты, считают промышленники, которым удалось найти свое место в этом процессе. Импортозамещение — не процесс, а всего лишь отдельные разрозненные примеры, считают другие, которые не вписались в главный тренд страны. Импортозамещение — это надежда, считает Раиль ХИСМАТУЛЛИН, президент группы предприятий «Тенториум». Компания занимает лидирующие позиции на российском рынке среди предприятий, производящих продукты пчеловодства, а также является экспортером в 23 страны мира
— Замеры различных исследовательских институтов стали свидетельствовать об улучшении экономического климата в стране. Рекордная доля российских предприятий считает сложившуюся в промышленности ситуацию нормальной. А как считаете вы, Раиль Габдулхакович?
— Не могу оценить, что именно можно назвать нормальным в сложившейся ситуации. Если постоянные попытки преодолеть «помощь» со стороны законодателей в отчаянном желании выжить среди этой смертной любви — несомненно. Но более точным определением я бы назвал надежду. Действительно, все большая часть промышленников сейчас с надеждой прорабатывают ситуацию, ведь в определенных отраслях все больше внимания уделяется замещению импортных товаров, а значит, и собственно производству. Конечно, нужно понимать и условность цифр. Вспомните шутки о белорусских креветках, пармезане и ананасах — это ведь не совсем шутки. Точно так же часть импортных товаров усилиями именитых бюрократов превращаются в отечественные. Но надежда все более крепнет, это факт.
— В 2015 году на господдержку замещения импорта было потрачено 53,5 млрд рублей. Импорт в Россию то сокращается, то, напротив, увеличивается, как в августе, — почти на 16%. Многие задаются вопросом: так есть ли в России реальное импортозамещение?
— Реальное импортозамещение в стране имеет место. Это отчетливо видно в традиционно сильных отраслях производства. Кое-что в газовой промышленности, кабельном производстве, цветной металлургии. Самые сильные позиции остаются в нефтянке. Вспомните, например, российские буровые установки, которые поставляются в Северную и Южную Америку, Африку, некоторые страны Юго-Восточной Азии. У наших производителей в этой отрасли нет такого субсидирования, как в том же Китае, но это не мешает заводам развиваться. А самой перспективной отраслью считаю пищевую промышленность, в которой работает и группа предприятий «Тенториум». Если наши законотворцы на федеральном уровне хотя бы оставят все как уже есть, весь пищепром в целом и сельское хозяйство в частности в ближайшее время ждет заметный рост.
К примеру, для обеспечения нужд собственного производства в экологически чистом и проверенном сырье мы в прошлом году открыли агрокомплекс. Уже в этом году он разросся настолько, что мы решили создавать агрофраншизу для заготовки сырья из дикорастущих растений. В целом у соседей по региону дела обстоят примерно так же: при наличии множества нерешенных забот и потребностей крепкие производства развиваются, используя возможности. Свой сельскохозяйственный бизнес в Пермском крае стали развивать и переселенцы с Украины, ищущие лучшей жизни.
Единственное, что действительно внушает опасения, так это производства с обязательным наличием импортного сырья, комплектующих или оборудования. Здесь перспективы совсем туманны.
— Многие эксперты считают, что государственная программа поддержки импортозамещения не дала ожидаемых результатов. Вы с этим согласны?
— Государственная программа поддержки отечественного производства не может дать быстрого результата. В проведении такой политики нужна настойчивость и последовательность. Зачастую помощь со стороны государства получают бесперспективные предприятия — это тормозит весь рынок, но в сложившейся за десятилетия практике без этого уже не обойтись. Пока другие ждут своей очереди, они могут потерять часть ценных ресурсов. Это в первую очередь кадры, современные технологии.
Я думаю, на отсутствии желаемых результатов сказалось и полное отсутствие прозрачности и планов. Никто не прописал по этапам, что и когда должно быть замещено. Никто не говорит, какие решения принимаются в верхах. Никто не видит полной картины, а значит, никто не в силах сказать о том, что реально происходит.
Во многих случаях слово «импортозамещение» стало флагом для демонстрации лояльности власти. Но как бы там ни было, замещение импортных товаров происходит, этот процесс развивается и, по моим оценкам, в ближайшем будущем не прекратится.
— В каких сферах российский бизнес может наладить полноценное импортозамещение?
— Как я уже говорил, реально импортозамещение части аграрной продукции, в первую очередь пищевой. Мы, например, являемся производителем пищевой продукции, в том числе для массового спорта. Уже сегодня мы готовы заменить некоторую часть импортной продукции для профессионального спорта, но известные заботы тормозят этот процесс. Допинг-контроль новой продукции в России сейчас крайне затруднен, сертификация без данной процедуры невозможна, а без этого двигаться дальше не получается.
— Какие товары мы можем не только с успехом производить и продавать в России, но и поставлять за рубеж?
— Абсолютно все знают, что за рубежом используются товары оборонно-промышленного комплекса, военная техника, нефтегазовое оборудование. В части стран имеется спрос на программное обеспечение, включая развлекательное. Традиционно интересны калийные удобрения и химия. В последние полтора десятка лет растет спрос на продукты питания. Как оказалось, на фоне всемирного спроса на здоровое питание и ГМО-паники Россию стали считать страной, способной поставлять экологически чистые продукты. Продукция «Тенториума», к примеру, уже сейчас поставляется в 23 страны мира, причем в большей части стран Россия, как производитель, является своеобразным гарантом чистоты сырья и конеч-ного продукта.
— Как вы считаете, какие шаги нужно предпринять, чтобы импортозамещение стало процессом, а не единичными случаями?
— Раньше бизнес просил государство только об одном: лишь бы ему не мешали работать. Сегодня ситуация изменилась. Бизнес, в особенности малый, остро нуждается в государственной поддержке. Но речь не о подаяниях. Государство, например, могло бы обеспечить предпринимателей доступными кредитами под приемлемую кредитную ставку. Помните шутку о том, что Сбербанк в центре Праги дает кредит на неотложные нужды под 6,99% и на ипотеку под 2,26%? При российских темпах инфляции это, конечно, чистое фэнтези, но уже есть, с кого брать пример.
Государство может реально контролировать предварительно защищенный на конкурсах проект отечественного производителя при государственно-частном партнерстве.
В Пермском крае, где располагается головной офис нашей компании, есть минеральные источники, артезианские скважины с линзы древнего моря Пермского периода. Наш завод «Тенториум Аква» выпускает прекрасные напитки, но на столах чиновников и в госучреждениях по конкурсу появляются Evian или Calistoga.
Государству для решения вопросов импортозамещения абсолютно необходимо поддерживать отрасли производства в части научных исследований, обеспечения кадрами и внедрения инноваций. Россиянам по плечу решать самые сложные задачи. Например, «Тенториум» при участии ЮКИОР, Томского медицинского университета, РНИМУ, НИИ питания РАМН, Минздрава РФ провел трехлетние научно-практические исследования и запатентовал метод профилактики кардиоваскулярных рисков для спортсменов, однако пользоваться им из-за турбулентности в этой сфере и сложностей организационного характера сейчас могут только частные лица.
Наконец, я глубоко уверен, что государство должно поощрять молодых и талантливых предпринимателей, как это происходит со спортсменами. Когда-то Владимир Путин наградил меня медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» за вклад в предпринимательство. Но это редкий пример в нашей стране. Сколько замечательных, талантливых и значимых для экономики страны бизнесменов остаются без госнаград, без признания важности собственных достижений! Из-за таких недоработок кто-то умывает руки, ищет лучшей доли за рубежом. А если государству по силам исправить такую ситуацию, Россия будет еще сильнее!
Андрей САБЫНИН
