Продлить срок жизни и остаться молодым до смерти возможно — утверждает Владимир Скулачев, ученый-биолог, академик РАН, директор Института физико-химической биологии МГУ, автор книги с названием «Жизнь без старости». Ученому удалось взломать «код самоуничтожения», заложенный в человеческих клетках — это сенсационное открытие позволяет всерьез задуматься о вечной молодости. В эксклюзивном интервью еженедельнику «Афанасий-биржа» Владимир Петрович рассказал о перспективах внедрения в жизнь лекарства, борющегося со старостью
— Владимир Петрович, ваша новая книга «Жизнь без старости» недавно была презентована в Москве, мгновенно вызвав широкий резонанс в обществе. Это правда, что вам удалось изобрести механизм «торможения» старения?
— Нам удалось достаточно близко подобраться к этому механизму — мы получили хорошие результаты на животных, первый препарат для лечения людей (правда, пока только местно — для глаз) прошел клинические исследования. Все это внушает оптимизм и дает всем нам шанс наконец-то продвинуться в борьбе со старением.
— Расскажите, пожалуйста, об истории этого проекта. Как давно начались работы? В какой стадии сегодня находятся разработки и когда вы планируете внедрить их в жизнь?
— Проект по разработке лекарств официально стартовал в 2005 году. Но в его основу положена технология, с которой моя лаборатория работает уже более 40 лет. За последние 8 лет мы провели огромный объем исследований «в пробирке», на культивируемых клетках, лабораторных животных, а в последние годы приступили к клиническим исследованиям, то есть уже на пациентах-добровольцах. Первый наш препарат — глазные капли с «противостарческим» веществом — уже начинает внедряться в практику. Он одобрен Минздравом как лекарственное средство, и его уже можно купить в аптеке, правда, по рецепту. Поэтому я не буду говорить, как он называется, спросите своего офтальмолога. Новые препараты, как и вообще все лекарства, надо применять по назначению врача.
Хотя всех, наверное, интересуют не столько глазные капли, сколько «лекарство от старости», то есть препарат для системного действия. Его разработка тоже идет полным ходом, сейчас мы ожидаем разрешения Минздрава, чтобы дать этот препарат первым добровольцам. Действующее вещество в нем то же самое, что и в наших глазных каплях. Это повышает шансы на получение разрешения — все-таки никаких нареканий по безопасности (а это главное, что интересует контролирующие органы) за все годы изучения и применения этих капель не было. Это хорошее указание на то, что и при пероральном применении все будет в порядке (хотя, конечно, мы провели все необходимые тесты на животных — прием внутрь совсем не закапывание в глаз).
Если в конце 2013-го — начале 2014 года мы сумеем начать клинические исследования, то уже через 2-3 года препарат может появиться в аптеках России. Правда, конечно же, не как «лекарство от старости», а как препарат от конкретных возрастных болезней. И продаваться первые несколько лет он будет по рецепту врача.
— Старение — это ведь не случайная генетическая программа. Получается, что человек, лишенный старости, идет против природы. В связи с этим вопрос: зачем пытаться предотвратить, по сути, естественные биологические процессы?
— Этот вопрос нам часто задают, и обстоятельный ответ на него мы привели в нашей книге. Если коротко, то человек уже давно предотвращает естественные биологические процессы. Если вы простудились и подхватили воспаление легких, то естественным исходом, с большой вероятностью, была бы смерть от инфекции. Ее совершенно противоестественно предотвращают антибиотики, продлевая жизнь людей. Это же никого не удивляет?
Уже через 2-3 года «лекарство от старости» может появиться в аптеках России
— СМИ еще в прошлом году обсуждали изобретенный вами препарат — глазные капли, первое в мире зарегистрированное лекарство, проникающее в митохондрии. Сейчас они все еще продаются? Как о них отзываются покупатели?
— Наш препарат очень неплохо встречен врачами и пациентами. Объемы продаж весьма неплохи для принципиально нового лекарства. Что нас больше всего радует — практическое отсутствие сообщений о нежелательных явлениях. Все-таки в клинических исследованиях препарат был апробирован на нескольких сотнях человек. А сейчас он был прописан, по нашим оценкам, 10-20 тыс. пациентов, и некоторые уже более года его применяют. При том что в каждой коробочке глазных капель указан телефон, по которому врач или пациент может сообщить о каких-то побочных эффектах. Это значит, что он помогает не только строго отобранной когорте пациентов в клинических испытаниях, но и обычным людям в повседневной медицинской практике. Наверное, это больше всего воодушевляет нашу команду.
— Насколько финансово доступным, по вашим прогнозам, будет «лекарство от старости»?
— Все-таки поначалу это будет лекарство от вполне конкретных болезней. И оно должно быть также доступно пациентам, как и наши глазные капли. К сожалению, мы не можем сделать препарат совсем дешевым — очень много средств было потрачено на разработку, а их надо возвращать. Да и в производстве препарат совсем непрост — это тонкий органический синтез. Как и наши капли, цена препарата будет на уровне средней стоимости современного, но массового лекарства в аптеке.
— Можете ли вы согласиться с утверждением, что российская наука сегодня переживает кризис, а также с тем, что все лучшие умы перебираются за рубеж? Как, на ваш взгляд, можно в целом оценить состояние научной отрасли?
— В науке сейчас действительно много проблем. «Отток мозгов» имеет место, хотя последние годы с финансированием определенных отраслей стало получше. Кроме того, в отдельных случаях наблюдается обратный «приток мозгов» — например, я считаю очень успешной программу мегагрантов, которая позволила вернуть в Россию нескольких очень сильных «уезжанцев». По этой программе на нашем факультете в МГУ теперь работает один из лучших в мире генетиков-эволюционистов Алексей Кондрашов, вернувшийся из США.
Одна из главных проблем науки в нашей стране — крайняя забюрократизированность всего, что связано с финансами. Чиновники, выделяющие деньги на исследования, больше всего на свете боятся, что к ним придут следственные органы и обвинят в растрате. В результате они пытаются обложиться максимальным количеством подтверждений, что они не виноваты. Всю эту кипу бумаг приходится писать, естественно, ученым. Но самое страшное наступает, если деньги все-таки выделили, — дальше приходится в красках описывать трату каждой копейки. В результате попытка получить хоть какое-то финансирование для своей работы превращается в серьезное испытание для психики.
— «Лекарство от старости» продлит молодость, но может привести к перенаселению, ведь уже сейчас на планете не хватает ресурсов, и в дальнейшем картина будет становиться все мрачнее. Возможно, это слишком пессимистичный настрой, но, к примеру, наша страна (и это не секрет) едва ли в состоянии обеспечивать достойную жизнь большинства пенсионеров. Не боитесь, что из-за вашего изобретения возникнут сложности чисто экономического плана?
— «Лекарство от старости» вряд ли приведет к перенаселению. Посмотрите на страны с большой продолжительностью жизни — там, где доступны гигиена, современные лекарства, медицинское обслуживание. Разве Швеция, Норвегия, да и Германия перенаселены? А вот то, что люди стареют и начиная с определенного возраста уже не могут себя прокормить из-за ухудшения здоровья — вот это безобразие, с которым мы и пытаемся бороться. И суть нашей книги в том, что эта борьба вовсе не безнадежна.
Елена ШЕРОВА
