Около 20 тысяч выпускников российских школ подали апелляцию на результаты единого госэкзамена 2008 года. Недовольные итоговой оценкой есть и в Тверской области. Школьники и их родители по-прежнему относятся к ЕГЭ с недоверием. Настороженность у них вызывают и другие эксперименты, которые сегодня активно проводятся в образовательной системе. Однако объективные результаты внедрения новых правил показывают, что отечественное образование все же движется в верном направлении.
Около 20 тысяч выпускников российских школ подали апелляцию на результаты единого госэкзамена 2008 года. Недовольные итоговой оценкой есть и в Тверской области. Школьники и их родители по-прежнему относятся к ЕГЭ с недоверием. Настороженность у них вызывают и другие эксперименты, которые сегодня активно проводятся в образовательной системе. Однако объективные результаты внедрения новых правил показывают, что отечественное образование все же движется в верном направлении. О том, какие еще перемены ждут тверские школы, ссузы и вузы, нашему еженедельнику рассказал руководитель департамента образования Тверской области Алексей Каспржак
— По итогам ЕГЭ 2008 го-да, результаты выпускни-ков тверских школ оказались выше, чем в среднем по России. А 9 школьников получили максимальную оценку — 100 баллов. Алексей Анатольевич, за счет чего работникам региональной системы образования удалось достичь такого успеха?
— Одна из главных задач ЕГЭ — облегчить поступление в вузы для абитуриентов. Однако сегодня количество бюджетных мест в российских университетах и институтах резко сокращается. Получается, что, с одной стороны, возможности получить высшее образование растут, с другой — сокращаются. Как это отразится на системе высшего образования, а вместе с тем и экономике страны?
— Замечу, что цель ЕГЭ заключается не столько в том, чтобы облегчить процедуру поступления в вузы, сколько в том, чтобы сделать ее максимально прозрачной и уравнять шансы абитуриентов. Надо сказать, что эту задачу система единого госэкзамена решает весьма успешно. Так, сегодня в Тверской области количество выпускников сельских и городских школ составляет примерно 25% и 75% от общего числа выпускников соответственно. За последние годы, во многом благодаря введению ЕГЭ, процент поступивших в высшие учебные заведения приблизился к этому соотношению, а значит, дети, живущие на окраинах региона, действительно получили равные шансы с абитуриентами областного центра. Что касается сокращения бюджетных мест в высших учебных заведениях, то, на мой взгляд, делать из этого проблему не стоит. Во-первых, контрольные цифры приема уменьшаются значительно медленнее, чем количество потенциальных студентов: сказывается спад рождаемости в 90-е годы. Не стоит забывать и о том, что начиная с 2000 года число поступивших в вузы ежегодно превышает количество выпускников школ. При этом многие из них, окончив высшее учебное заведение, не работают по специальности. И здесь возникает другая проблема, действительно опасная для экономики, — насыщение рынка труда специалистами с высшим образованием и дефицит рабочих кадров.
— Как же, на ваш взгляд, можно «вырастить» кадры, которые необходимы региональной экономике?
— Это очень сложный процесс. Причем речь в данном случае идет даже не об организационных мероприятиях и каких-либо изменениях в системе начального и среднего профессионального образования. Безусловно, образовательные учреждения этого профиля требуют модернизации и повышения конкурентоспособности предоставляемых услуг. Однако гораздо более серьезной проблемой, с моей точки зрения, является сегодняшнее отношение общества к рабочим специальностям. В массовом сознании сложился ряд мифов, развеять которые будет весьма непросто. Так, специалист, окончивший вуз, почему-то считается более успешным в жизни. Между тем, как показывает практика, хороший выпускник ссуза зачастую стоит на рынке труда значительно дороже среднестатистического экономиста или юриста. Кроме того, получение диплома о среднем профессиональном образовании вовсе не является последним этапом образовательного процесса. К примеру, если сварщик на заводе почувствует в себе силы и способности идти по карьерной лестнице дальше и захочет стать, скажем, заведующим производством, то у него всегда есть возможность обратиться к системе дополнительного образования. При этом руководители предприятий с гораздо большим удовольствием пойдут на повышение квалификации уже проверенного сотрудника, чем возьмут на хорошую должность специалиста с высшим образованием, не работавшего на производстве. На мой взгляд, именно эти мысли необходимо доносить до общественности, чтобы изменить ситуацию на рынке труда.
— В настоящее время определенные трудности существуют и в системе дошкольного образования. Впрочем, в ближайшем будущем ее также ждут перемены: в регионе уже разработан проект соответствующей программы. Что конкретно планируется изменить в этой сфере?
— Основная проблема системы дошкольного образования на сегодняшний день заключается в недостатке мест в детских садах. А потому главная задача региональной программы — обеспечить каждому ребенку в Тверской области возможность попасть в дошкольное учреждение. Для этого, прежде всего, планируется строить новые здания детских садов и реконструировать те помещения, которые ранее не использовались в системе образования. Важным фактором является и внутренняя обстановка в этих учреждениях: ребенок должен чувствовать себя в них, как дома, а для этого необходимо заниматься ремонтом и модернизацией материально-технической базы детских садов. Кроме того, важно мотивировать к качественной работе специалистов системы дошкольного образования. Сегодня областная администрация предлагает муниципалитетам новые модели оплаты труда, и, надеюсь, они будут приняты на местном уровне.
— Скоро в России будут введены новые стандарты образования. Уже с 1 сентября 2008 года планируется апробировать их в начальной школе, а позже — и в старших классах. В чем отличие новых образовательных стандартов от существующих?
— Прежде всего, изменяются требования к условиям предоставления образовательной услуги, к ее программам и результатам. Сегодня уже нельзя говорить о том, что итогом обучения в школе становится знание или незнание определенной номенклатуры понятий, норм, правил. Выпускник общеобразовательного учреждения должен, в первую очередь, быть подготовлен к жизни в современном обществе, получить необходимый для дальнейшего благоустройства социальный опыт. К сожалению, пока этого нет. Приведу простой пример. В каждой школе дети изучают иностранный язык, хорошо знают грамматические правила, но в жизни многие из них не могут построить элементарные фразы вроде «включите свет». Это и есть отсутствие проекции базовых знаний на реальность, которая сегодня столь необходима. Думаю, что введение новых образовательных стандартов позволит исправить этот недостаток.
— Образовательный процесс происходит и за пределами соответствующих учреждений, и сегодня государство стремится контролировать и эту его часть. Так, большой общественный резонанс вызвала Концепция духовно-нравственного воспитания детей, накладывающая запреты на многие привычные для современных подростков развлечения. Какой эффект, на ваш взгляд, дадут новые правила?
— Безусловно, в этой концепции есть рациональное зерно: все-таки ее разрабатывали достаточно компетентные люди. Однако такое количество запретов лично у меня вызывает весьма негативное отношение. Я считаю, что, если взрослые решили запретить что-то детям, им нужно начать с себя и, прежде всего, самим научиться следовать этим правилам. Дети не смогут адекватно воспринимать запрет, если на другие группы людей он не распространяется. Более того, эта концепция, по сути, построена на том, что современная молодежь изначально несовершенна и при этом виновна в своем несовершенстве. Некоторые представители старшего поколения почему-то считают, что сегодняшние дети хуже вчерашних, и пытаются сделать их такими, какими были сами. Но, на мой взгляд, это совершенно ни к чему. Наша молодежь другая — свободная, активная, со своим взглядом на мир и большими притязаниями к жизни. Мне кажется, именно такие дети должны стать основой будущего общества.
Юлия Андреева
