Что же произошло? По словам неких «очевидцев аварии», на ремонтной площадке с высоты десяти метров рухнул укрупненный модуль турбогенератора весом 108 тонн. В результате оказались пробиты ремонтная площадка машинного зала на нулевой отметке и сам модуль. Никто не пострадал, но резонанс в интернете это ЧП вызвало куда более громкий, чем грохот при падении. Масла в огонь добавили анонимные сотрудники АЭС. Они живописно рассказали, как упавший модуль мог разрушить оболочку самой турбины, после чего происходит взрыв, мгновенная разгерметизация турбины, ротор врезается в реактор… а дальше, как написал один из комментаторов, «судьба таких городов, как Великий Новгород, Тверь, Смоленск, Санкт-Петербург, Москва, могла быть под большим вопросом».
Разгар лета, информационный вакуум, ничего не происходит, поэтому историю с чудом не взорвавшейся атомной станцией обсуждали с особым пылом. Первым делом досталось начальству: начиная с директора КАЭС Михаила Канышева и далее по списку — главе «Росатома» Сергею Кириенко, приезжавшим недавно на станцию депутатам думского подкомитета по обеспечению использования атомной энергетики и даже Владимиру Путину, который несколько месяцев назад торжественно открывал четвертый энергоблок на КАЭС.
Как выяснилось, масштабы трагедии сильно преувеличены. Ситуацию прокомментировал генеральный директор ОАО «Концерн Росэнергоатом» Евгений Романов. Он признал: да, падение модуля было. Однако не с десяти метров, а с четырех. Много грохота, модуль поврежден, площадка, на которую он упал, тоже повреждена, создана комиссия, но… на этом все. Перенос модуля производился в пределах ремонтной площадки, в 50 метрах от турбины. Крановые пути проложены на ремонтной площадке, то есть при всем желании невозможно перенести груз «над турбиной». Но даже если бы металлическую конструкцию весом в сто тонн уронили на турбину, это вряд ли привело бы к серьезным нарушениям. Корпус турбины рассчитан на то, чтобы выдержать, например, отрыв лопатки ротора.
А по степени динамических воздействий это куда страшнее падения груза, даже весом в сто тонн. Наконец, даже при гипотетическом разрушении турбины (чего не случалось за все время эксплуатации КАЭС) реактор станции не пострадает — хотя бы потому, что находится он в другом помещении. Все рассуждения о «полете ротора» Евгений Романов назвал досужими домыслами, предположив, что их авторам явно не дает покоя слава голливудских сценаристов.
К тому же поводов сочинить очередную страшную «атомную сказку» долго искать не надо. Например, 2 июля на блоке №3 Калининской атомной станции произошло автоматическое отключение генератора из-за неисправности в системе возбуждения. Сообщается, что энергоблок переведен в безопасное состояние, нарушений условий безопасной эксплуа¬тации нет. Но остается только догадываться, как разыграется фантазия интернет-комментаторов в этот раз.
Владислав ТОЛСТОВ
