С архитектором Сергеем Семеновым, разработчиком одного из последних генпланов столицы Верхневолжья, мы обсудили историю вопроса, а также посчитали, какова вероятность того, что в будущем городская среда станет привлекательной.
В истории города было такое время. По первому генеральному плану Екатерины II дома в Твери строились на европейский манер — по принципу «единого фасада», примыкая друг к другу. А в 1763 году под руководством московского архитектора Петра Никитина у города появилась «визитная» карточка. Особенностью планировки старинной Твери стала трехлучевая композиция улиц — так называемый «версальский трезубец». Сегодня городов с такой планировкой только четыре в мире: это Санкт-Петербург, Рим, Версаль и Тверь. Установленный в 2008 году в северной части Советской площади памятник Михаилу Тверскому нарушил симметрию и вычеркнул Тверь из этого списка.
— У города имелось семь амбициозных планов развития. Каждый из них был рассчитан на 20-30 лет вперед, — уточняет Сергей Николаевич. — На мой взгляд, генплан — это живой организм, который должен постоянно развиваться, актуализироваться. Если мы хотим добиться стратегического территориального планирования, то документ должен опережать жизнь хотя бы на чуть-чуть.
Второй генплан Твери появился в 1927 году, и он удачно скопировал основные положения первого. Архитектор Иваницкий развил идеи, заложенные Никитиным: трехлучевая композиция, выход к рекам, двухэтажная застройка.
В документе 1938 года предполагалось создание административного центра на левом берегу Волги, но осуществить задумку не позволила война. Кстати, согласно этому плану, в городе исчез Отроч монастырь и появилось здание речного вокзала. Новая послевоенная городская стратегия была направлена на восстановление Твери, которая была разрушена на 60%. По этому плану была проведена надстройка третьих и четвертых этажей старинных зданий на Советской улице, набережной Степана Разина, проспекте Чайковского. Генплан можно было считать революционным, он предусматривал снос старинных зданий в историческом центре города. На их месте закладывались новые проспекты.
Пятый генплан начали разрабатывать в 1969 году, и изначально он не сулил ничего хорошего: предполагалось снести всю малоэтажную застройку. Даже в исторической зоне Затверечья на берегу Волги планировалось возвести двенадцатиэтажки. В это время Сергей Семенов стал заместителем главного архитектора Твери.
Следующие несколько лет молодой архитектор-градостроитель провел в поездах Москва — Санкт-Петербург и лучших проектных бюро страны, потому что план Твери разрабатывали в институте «Ленгипрогор».
В результате в 1971 году у города, можно сказать, впервые появился перспективный и в какой-то степени даже урбанистический генплан. Всем казалось, что именно в таком ключе, с небольшими коррективами, и будет развиваться Тверь.
— Но в 1985 году главным архитектором города стал Виктор Шилов, который придерживался полярной точки зрения. И план стали кроить, резать и вертеть с таким усердием, что в итоге новые городские постройки нарушили целостность города.
Сергей Николаевич приводит простой пример застройки на Волоколамском проспекте: совсем недавно на так называемой красной линии, вдоль которой расположены дома, появился торговый центр.
— Да любой студент-первокурсник знает, что общественные здания нужно строить минимум в 10-15 метрах от этой линии, — возмущается архитектор. — Иначе получится как в Твери: машины, съезжающие с Южного моста, встречаются в одной точке и не могут разъехаться, а вид на шоссе безнадежно испорчен.
Так выглядела Тверь в восьмидесятые годы 20 столетия. С тез пор нового в градостроении сказано не было
Дальше в городе произошел «эффект домино»: с трех сторон горизонта его замкнули промышленными зонами, у улицы Советской так и не появился «дублер», на месте строительства новых мостов выросли здания — и в результате мы наблюдаем транспортный коллапс, замешанный на бездарном проектировании новых построек. В администрации города для этого «представления» нашли нужные слова, но что интереснее — выделили серьезные средства на исправление ошибок. Как нам сообщил заместитель начальника департамента архитектуры и строительства администрации города Твери, главный архитектор города Виктор Куликов, на завершение работ по генплану в 2012 году из бюджета Твери направлено порядка 5,5 млн рублей, а в общей сложности за 2006-2009 годы — 11,869 млн рублей. Но цель не оправдала средства: генплана по-прежнему нет. А пока чиновники обсуждают, как сохранить исторический облик города, под их носом здание на Трехсвятской (бывший магазин «Рыба») лишают статуса культурной ценности и сносят.
Для сравнения: генеральный план Пскова стоил 55 млн рублей. А в Астраханской области только на топографический мониторинг потратили около 90 млн рублей. Объем средств, выделенных на создание генерального плана Твери сравним разве что с дотациями на разработку генплана для Верхотурья — города в Свердловской области с населением 20 тыс. человек. Там на план решили потратить около 7 млн.
Концептуальный вопрос для развития города, по мнению Сергея Семенова, остается открытым: в какую сторону Тверь должна расти? В южном направлении разрастается промышленная зона, и если этот процесс не остановить, то город замкнется в себе. На одном из обсуждений генплана прозвучала мысль, что Тверь должна остаться в своих границах. То есть задохнуться, уточняет Сергей Николаевич.
Однако в Общественной палате Тверской городской думы обещают не допустить такого развития событий. Там же, кстати, не так давно обещали, что к августу завершатся все общественные экспертизы, которые должен пройти генплан. Но, как отмечает Сергей Семенов, сейчас нет даже сделанных «на коленке» чертежей.
— В новом генплане полтора десятка перспективных направлений, но люди, знающие и чувствующие город, упрекают его авторов в отсутствии решения приоритетных задач, — комментирует Сергей Семенов. — Стоя в пробках, тверитяне не будут хвалить чиновников за реконструкцию набережной, — поясняет он.
При этом архитектор не голословен. Он готов предоставить свое видение развития города, тем более что у него уже есть чертежи. Но, к сожалению, к Сергею Николаевичу мало кто прислушивается — либо его идеи слишком хороши, либо слишком «бесплатны».
Архитектор показывает мне чертежи городского парка, которые превратят его в Петергоф, чертит велосипедное кольцо вокруг бульвара Радищева и рассказывает о джентрификации. Подробнее об этом можно будет прочитать в июльском номере нашего журнала «PRактика».
— Генплан описывает правила игры на городской территории, а играть по правилам лучше, чем без правил, — считает Сергей Семенов, 25 лет проработавший заместителем главного архитектора Твери.
С тем, что несовершенный закон лучше, чем отсутствие всякого закона, и правда не поспоришь. Но только не в случае, когда Тверь рискует прославиться как город спальных районов.
Марина ЕВСТРАТИЙ
