Когда Геннадий Онищенко объявил о запрете на ввоз белорусских молочных продуктов, все связали это с последними событиями вокруг «Уралкалия». В прессе появились мнения о начале «торговой войны» между двумя союзными государствами, все были уверены, что г-н Онищенко тут же найдет какую-нибудь проблему в белорусских продуктах — молоке, масле, а при тщательном анализе — в зернистом творожке.
Сразу хочу огорчить всех сомневающихся в истинности претензий со стороны Роспотребнадзора. Думаю, что все претензии соответствуют действительности. Как и грузинское вино, которое было невозможно пить до запрета, так и белорусские молочные продукты, скорее всего, имеют существенные проблемы с качеством. Видимо, Геннадий Онищенко тщательно изучил этот вопрос. Несмотря на кажущуюся ангажированность подобных запретов, в этой ситуации г-н Онищенко единственный российский чиновник, который реальными действиями отстаивает интересы российской экономики.
К сожалению, наше общество судит о работе Роспотребнадзора по громким решениям, которые, как запрет боржоми, не всегда оправданны. Другие действия этого ведомства остаются практически незамеченными. Например, с середины августа российские чиновники выступают против ввоза в Россию некачественных польских продовольственных товаров. Но все обсуждают запрет на белорусское молоко. Подобные ограничения ввоза, несомненно, могут являться одним из действенных механизмов восстановления аграрного комплекса России. Поэтому позиция г-на Онищенко достойна уважения.
Я лично знаком с Геннадием Григорьевичем. Он воспринимает свою работу как Служение Государству (именно так, с большой буквы), отстаивание его ценностей и защиту интересов. Может показаться, что быстрая реакция контролирующего органа на изменение политической ситуации может поставить под угрозу доверие общества к его решениям. Но с учетом российской ментальности и практически тотальной любви нашего народа к запретам и ограничениям ущерба доверию не будет. Конечно, развитие российского сельского хозяйства не входит в прямые обязанности г-на Онищенко. Но введение эмбарго на дешевые и порой некачественные зарубежные товары косвенно помогает развитию отечественных производств. В данном случае запрет стимулирует развитие российского сельского хозяйства.
В начале 2000-х компания «Юнимилк» скупила крупные молочные комбинаты в Центральной России, закрыла их и перевела производство в Белоруссию, где не только дешевое сырье (молоко), но и дешевая рабочая сила. Это послужило причиной уничтожения системы сбора, хранения и переработки молока, а также значительного сокращения поголовья. С точки зрения управления бизнесом и оптимизации затрат на производство подобный сценарий понятен. Однако с точки зрения долгосрочного развития отечественной экономики в регионах это не только не оправдывает себя, но и является губительным для отрасли. Как губернатор, я пытался договориться с «Юнимилк» о сохранении тверских молочных комбинатов в Весьегонском и Старицком районах. Договориться не получилось, комбинаты были закрыты, тем самым была уничтожена производственная база для российских производителей молока в Тверской области. Горечь утраты этих комбинатов меньше всего связана с качеством их продукции. Но несколько десятков гектаров земли, вышедших из сельхозоборота, трудно было не заметить.
Надо отметить, что одна из значимых статей пополнения бюджета Белоруссии — прибыль от транспортировки российской нефти. Белоруссия за нашу нефть фактически «платит» молочными продуктами. Заполняя наш рынок, относительно дешевая белорусская продукция вытесняет отечественного сельхозпроизводителя и тем самым не дает развиваться молочному животноводству. В 2009 году молоко из Белоруссии уже запрещали из-за несоответствия требованиям технического регламента. Многие усмотрели в этом запрете политику. Запрет тогда был снят через 11 дней. И если в этот раз эмбарго на белорусское молоко продлится достаточно долго, то можно рассчитывать на оживление рынка отечественных производителей.
Уинстон Черчилль говорил: «У Британии нет постоянных врагов и постоянных друзей, а есть только постоянные интересы». Так что для нас важнее — дружба с соседним государством, руководство которого различными методами, а иногда обыкновенным шантажом пытается добиться всевозможных льгот, или развитое отечественное сельское хозяйство? Соглашаясь с легендарным премьером, я бы выбрал последнее!
Для возрождения отечественного сельского хозяйства, конечно, нужны комплексные меры. Тут не обойтись без поддержки государством процессов модернизации производства, развития фермерства и стимулирования интереса в обществе к занятию сельским хозяйством. Одновременно должны быть приняты меры по значительному ограничению импорта дешевых зарубежных продуктов. Если для ввода ограничений на импорт зарубежного молока и мяса необходим политический конфликт между Россией и страной-импортером, так, может быть, еще «поругаться» и с основными производителями мяса?
И еще одна очень важная деталь. Исторически сложилось так, что Россия — аграрная страна. В начале прошлого века аграрный комплекс не только кормил миллионы человек, он цементировал огромную территорию империи. Когда сегодня проезжаешь мимо заброшенных деревень и заросших борщевиком полей, которые когда-то приносили хороший урожай, наверное, многих посещает странное чувство потерянности, чувство, что это ничейная земля, что она никому не принадлежит и что тут нет государства. Поэтому, на мой взгляд, сельское хозяйство не только бизнес, это важный социальный проект и столь необходимый сегодня инструмент «обживания» нашей страны.
Дмитрий ЗЕЛЕНИН, президент Ассоциации менеджеров
Оригинал материала был опубликован на сайте http://rbcdaily.ru
