«Искал совершенную словесную форму»
Александр Маточкин живет в Тверской области в обычной деревенской избе. А вот уклад его жизни и его профессию обычными не назовешь. Александр воспитывает семерых детей, носит бороду и работает сказителем ста́рин (былин). Учился он в Санкт-Петербурге, куда приехал из Североморска в 1995 году и поступил сначала на исторический факультет СПбГУ. Проучившись там четыре года, решил профессионально заняться устным народным творчеством и поступил на первый курс филфака.
- Отчасти на это решение повлияло мое увлечение поэзией. Я читал стихи, заучивал, пытался сам сочинять. Поиски совершенной словесной формы привели в итоге к народному материалу. Особенно впечатлил живой устный язык, с которым я столкнулся в деревнях. Сказалось и участие в Фольклорном ансамбле университета, где я знакомился с прекрасными образцами устного песенного слова. Хотелось понять устройство этой красоты.
В университете я написал работу по технике стихосложения трех печорских сказителей. Разобрался с этим как мог подробно. Что сказывание былин в итоге станет моей профессией, поначалу я не мог предположить. Но поддерживало мой интерес именно желание применить знания на практике, ввести их в повседневный обиход. Стал потихоньку пробовать. Исследовал, перенимал, копировал и запоминал звуковые и письменные источники. Чтобы перенять почерк, надо наложить кальку и обводить букву за буквой первоисточника, пока тебе не станет понятна логика написания каждого знака. Так и здесь: поешь со сказителем, пока не добьешься полного слияния, так что начинаешь петь и мыслить, как он.
Во время сказания можно и соблюдать традицию, и добавлять что-то свое – одно не противоречит другому. Традиции свойственна живость и изменчивость. Каждый новый сказитель создает эпос заново, под себя. Ты вкладываешь свою душу, отдаешь свое время, применяешь свой талант, тратишь свою жизнь. Ведь мы поем ста́рины не когда-то для кого-то, а здесь и сейчас, это все происходит с нами, для нас и, в какой-то степени, про нас. Еще в аспирантуре, рассмотрев всего трех сказителей, я увидел, что они сказывают каждый на свой манер. И это и есть традиция. В этом ее живучесть и привлекательность для все новых и новых поколений творцов.
«Былинное слово не прекратится никогда»
Впервые я выступил по приглашению друга в декабре 2012 года в Челябинске. Сейчас сказываю былины довольно часто. Только это не выступления, а посиделки. Выступления это там, где сцена, артисты, зрители, билеты и прочее. Я стараюсь такое не делать. Обычно собираемся небольшой компанией за столом. Начинаем пить чай. Если есть незнакомые, я хотя бы немножко узнаю, с кем буду сегодня общаться. Потом перехожу к сказаниям.Выбираем, какое нам сегодня интересно, и вперед. Сказываю я без инструмента, также, как и старые сказители, от которых я учился.
За вечер пропеваю 2-4 сказания. Порою делаю остановки. Могу по ходу рассказать сказку, спеть песню. Предлагаю что-нибудь рассказать или спеть присутствующим. Вот тут может и инструмент пригодиться – гармонь или гусли.Поиграли, попели, и с новыми силами опять приступаем к ста́ринам. Или под конец посиделок бывает, что сил и решимости запеть новую старину уже нет, а что-то сыграть на гармошке – еще можно. Ведь посиделки, бывает, длятся и четыре, и пять часов.
Да, многие сейчас увлекаются чем-то другим, а не ста́ринами. Но все-таки есть и те, кто активно интересуются эпосом – слушают, перенимают, сказывают. У меня бывали такие периоды, когда я проводил по 30 сказительских событий в месяц.Все это разные аудитории, все новые и новые люди, которых никто не заставляет, ими движет живой интерес. Так что сказать, что жанр былины умер, я не могу. Я думаю, совсем былинное слово не прекратится никогда. Всегда будут находиться люди, которые будут посвящать себя этому делу.
«Герои былин мне не чужие»
Я питаю уважение ко всем героям былин. Каждый богатырь чем-то примечателен и не похож на остальных. Ассоциирую ли я себя с кем-то из героев? В процессе сказывания – бывает. Наверное, это неизбежно. Ты сопереживаешь герою, повторяешь слова, сказанные им, размышляешь над его поступками и судьбой. Хотя и дистанция остается, конечно. А по жизни,пожалуй, нет, не ассоциирую. Я сказитель, а они воины, купцы, бояра, князья. Но они мне не чужие, конечно.
Думаю, что цели и у старинных, и у современных сказителей одни и те же. В первую очередь – поддержать живое увлекательное общение. Во многом мы такие же люди, как наши предки. Какого-то кардинального изменения человеческого вида пока не произошло, на мой взгляд. Былины – это явление ритмичное, упорядоченное, что конечно, как и вся поэзия, связано с укладом и порядком этого мира. И былинное сказительство может влиться в любую размеренную упорядоченную жизнь, в том числе и сегодня.
«Наш мир возник только-только»
Сейчас есть интерес к народному. Это такая тема, которая не потеряет актуальности никогда. Мы все, в конечном счете, из народа, корни наши оттуда. Наш мир возник только-только, и мы, в сущности, толком еще о нем ничего не знаем. По крайней мере, у меня такое ощущение. Мир крестьянина создавался веками, и многие-многие поколения пропустили его через себя, через свои жизни и души, через свой опыт. Поэтому, думаю, мир крестьянина более осмыслен, продуман и увлекателен в наших глазах.
Сказительство, по моим ощущениям, это сильная вещь. Если правильно его применять, то, думаю, можно решить многие проблемы с памятью, психикой, речью, мышлением, физиологией. Ну а культурная ценность былинного эпоса общепризнана, по-моему. Былины проходят в школах и вузах. Правда, обычно упускается тот момент, что сказывание былин – это живая повседневная человеческая практика.
«Не исключено, что в Кашине спою новое сказание»
В Кашине на фестивале «Золотая нить традиций» 31 августа я буду сказывать несколько часов, с 12 до 16 часов. Былины русского народа полюбились уже многим в нашей стране. Надеюсь, и жители Кашина оценят. Выберем героя – Илья ли это будет, Дунай, Садко или Добрыня, решим на месте, – и будем петь про него в традиционной манере старинных мастеров-словесников. Я постоянно стараюсь освоить новые сказания. Трудность в том, что для этого нужен покой и свободное время, чего в кочевой жизни современного сказителя крайне мало. Однако не исключено, что какое-то вновь освоенное сказание я впервые спою именно в Кашине.
