19.05.2011 |

Вуз уполномочен заявить

Как известно, Марат Гельман, уже имеющий опыт превращения индустриальной Перми в эпицентр современной культуры, надеется сделать из Твери, где еще в советские времена было развито полиграфическое производство, издательскую столицу России. И, согласно планам автора проекта, гуманитарное Сколково заработает на территории  Верхневолжья уже через 2-2,5 года. О том, как могут вписаться в этот проект тверские вузы, мы беседуем с доктором физико-математических наук, профессором, членом президиума координационного совета УМО и НМС высшей школы РФ, ректором Тверского государственного университета Андреем БЕЛОЦЕРКОВСКИМ

 

— Андрей Владленович, безусловно, Россия великая культурная держава, но, к сожалению, новую культуру мы не производим — экспортируем и потребляем по мере падающих интеллектуальных и эстетических возможностей старую. Поможет ли, на ваш взгляд, создание так называемого гуманитарного Сколкова в Большом Завидове развитию отечественной науки? И, в частности, какое значение этот проект имеет для Верхневолжья?

— Если говорить кратко, то мое отношение к проекту гуманиарное Сколково очень позитивное. Конечно, элемент скептицизма присутствует всегда — от этого никуда не денешься. Можно найти тысячу причин, по которым проект окажется провальным. Но я считаю, что в подобных идеях нужно искать не минусы, а плюсы — хотя бы один, благодаря которому задуманное точно сможет осуществиться. Тем не менее говорить о том, что это успешный проект на все 100%, пока еще рано — как всякое будущее, оно вероятностное. На мой взгляд, в проекте заложена очень хорошая идея, которая поможет развитию гуманитарной науки, а вот осуществится ли она, зависит только от нас самих. С научной и образовательной точки зрения подобный рывок России, и Тверской области в частности, крайне необходим. Более того, проект учитывает и тот факт, что около 70% мировых инноваций  приходится на гуманитарную сферу.

— В конце концов, iPad создал не великий ученый, а великий маркетолог Стив Джобс...

— Совершенно верно. Этот  человек увидел, что именно нужно человеку, а уже потом собрал команду, которая придумала, как это сделать. Более того, убедительный пример о необходимости создания в России гуманитарного Сколкова привел когда-то и сам Марат Гельман, который предложил представить себе две группы людей: одна создавала бы конкуренцию iPad, а другая — известному «Гарри Поттеру». Без сомнения, более успешной оказалась бы вторая. Потому что в России много талантливых и творческих людей и довольно мало инновационной инфраструктуры, да и  сама гуманитарная сфера более эффективна для инвестиций. За примерами далеко ходить не надо: самый быстрорастущий бизнес из новых старт-апов в России — это «Смешарики», который придумали художники. Оборот бренда — $200 млн в год. Другое дело, что по инновационному пути развития гуманитарной сферы должны идти «новые люди». И воспитать инновационного человека — хорошо образованного, готового к восприятию нового может как раз университет. С этой точки зрения проект особенно важен  для тверских вузов.

— Мировой опыт свидетельствует, что ненасильственная модернизация может быть успешной только лишь тогда, когда вокруг нее консолидируется творческая элита. Что должно стимулировать желание творческих людей прийти работать в гуманитарное Сколково?

— Ответ прост — достойные условия. Я не имею в виду заоблачную зарплату, я говорю о создании условий для творчества. Лаборатории и опыт обмена информацией с коллегами гуманитариям необходим точно так же, как и технарям. Гуманитарное Сколково все это предполагает: по сути, в Завидове появится постоянно действующая конференция. Этот город, рассчитанный по проекту на 50 тысяч человек, станет центром, в который будут съезжаться ведущие специалисты российских, а возможно, и международных вузов для обсуждения различных гуманитарных проблем. Наличие рядом такой площадки — это очень серьезный стимул для развития университета. Для ТвГУ проект, безусловно, беспроигрышный. Да и для Тверской области это великолепный шанс стать еще более привлекательной не только своим промышленным потенциалом, но еще и интеллектом. С точки зрения инфраструктуры для осуществления проекта Завидово очень удачное место.

— Одно из направлений, которые планируется развивать в рамках проекта, — издательская деятельность. Но, по мнению специалистов, например, книгоиздание как  таковое уже постепенно умирает и переходит в «цифру». Насколько востребованным в таком случае будет создание «Издательского рая» в Твери?

— Считаю, что издательская деятельность будет востребована всегда, со временем изменится лишь носитель информации. Когда Гуттенберг изобрел печатный станок, его вообще называли убийцей университетов, ведь в написанные от руки книги вкладывался огромный труд, они были единичны, и почерпнуть знания из них реально было лишь в образовательных учреждениях.  Но вот парадокс — 600 лет прошло, и университетов стало в сотни, в тысячи раз больше… Человеческой креативности нет предела, можно придумать все что угодно, и это будет жить века. Действительно, сейчас мы все чаще  обращаемся не к «печатному» варианту той или иной книги или журнала, а к цифровому. Почему бы не развиваться в новом направлении? Более того, издательство подразумевает не только полиграфию — это и работа художников, и дизайнеров, и переводчиков. Создание полиграфического кластера очень перспективно для нашего региона. И это вполне закономерно, ведь около 33% всех полиграфических мощностей страны находится именно в Твери. Но при этом самая главная, интересная и интеллектуальная работа — создание иллюстраций и написание текстов делается вне региона. Согласитесь, куда разумнее перенаправить сюда все остальные процессы, связанные с издательской деятельностью, нежели подстраиваться под какую-то другую схему работы. Подобные перемены в культурной жизни Верхневолжья крайне необходимы для развития экономики региона: если культурная жизнь кипит, это стимулирует экономическую активность.

— Как вы сказали, издательский бизнес — это высокотехнологичное интеллектуальное творчество, включающее в себя авторов, редакторов, художников, программистов, оформителей, литературных агентов, юристов соответствующего профиля, ивент-менеджеров и… переводчиков. Где взять последних? Ведь, как известно, квалифицированных лингвистов в нашей стране раз-два и обчелся.

— Уже многие годы на факультете иностранного языка и международных коммуникаций преподаватели Тверского государственного университета готовят высококвалифицированных и востребованных специалистов. Более того, средний балл ЕГЭ поступивших на факультет ИЯиМК выше, чем на факультете иностранных языков Санкт-Петербургского государственного университета. Есть и другие косвенные показатели, которые подтверждают мои слова. Совсем недавно в ТвГу приезжал высокопоставленный представитель посольства Федеративной Республики Германия.  Он общался со студентами на своем родном языке, причем не с двумя-тремя ребятами, а с целой аудиторией, которая не только слушала, но и комментировала выступление. В итоге посол признался, что при общении со студентами не почувствовал никаких языковых барьеров — как дома побывал. Со своей стороны ТвГУ  готов оказать издательскому кластеру помощь в подготовке переводчиков, да и других кадров. Есть даже идея, чтобы создать на базе университета школу или институт перевода. Все дело упирается в спрос — специалисты, знающе не один язык, а четыре-шесть, в ТвГУ имеются, но вот достаточного интереса среди абитуриентов к каким-либо языкам, кроме английского, немецкого и французского, нет. То, о чем вы говорите, действительно общероссийская проблема. К сожалению, очень многие люди живут с «закрытыми глазами», варятся в какой-то определенной среде, не делая ни единого шага ни вправо, ни  влево.

— Получается, это все равно что ходить незрячему без очков, который в силу своей лени не может их одеть на нос и узнать, что вокруг много всего интересного…

— А главное — полезного. В стремлении к новым знаниям должна возникнуть повседневная или хотя бы частая потребность, которая у нас появляется только тогда, когда начинают реализовываться международные проекты. В чем, например, достоинство Европейского Союза? В том, что французы, итальянцы, испанцы, в массе своей говорящие на родном языке, вынуждены теперь говорить и по-английски: как только появилась какая-то форма интеграции и некая международная мобильность, то сразу возник интерес к языку и новым стандартам.  От того, что мы плохо знаем иностранные языки, мир ничего не теряет, а вот мы теряем много. Написать полноценный художественный или научный текст на компьютере невозможно — такого электронного «переводчика» просто пока не придумали. Поэтому было бы здорово воспитать специалистов, которые без проблем могли бы переводить иностранные издания на русский язык. Во всяком случае, это быстрее, чем обучить массу научных работников свободно говорить на иностранном языке.

Юлия ПАУТОВА

 

Для того, чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь на сайте или войдите через

Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Авторизация

Адрес электронной почты:

Пароль:

Запомнить меня

Восстановление пароля

Для восстановления пароля введите адрес электронный почты:

Регистрация

Ваше имя:

Адрес электронной почты:

Введите код:

CAPTCHA
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

От (Выйти)

Сообщение:





На правах рекламы:
Тверские новости | пресса Тверь | газета Твери и газеты Тверской области | форум Тверь