В Тверской области прошла научно-практическая конференция на тему российско-польских отношений

24.11.2020 11:26:00

В деревне Светлица Осташковского городского округа (Тверская область) состоялась научно-практическая конференция на тему российско-польских отношений.

Конференция, в которой принимали участие профессиональные историки, политологи, общественные и политические деятели из Москвы, Санкт-Петербурга, Твери, Смоленска и Волгограда, проходила с 16 по 18 ноября.

В рамках ее работы, в частности, поднимались отдельные сложные вопросы истории, включая вопрос судьбы польских военнопленных, содержавшихся в 1939-1941 г. г. в советских лагерях.

Впервые о расстреле 6 311 польских военнопленных, находившихся в советских лагерях в 1939–1941 годах, заговорили еще во время Великой Отечественной войны - после, как тогда говорили, Освободительного похода Красной Армии в Западню Украину и Западную Белоруссию. В освобожденной от фашистов Катыни (Смоленская область) советские солдаты обнаружили массовое захоронение граждан. Специальная комиссия под руководством доктора Бурденко сделала тогда вывод о том, что люди были расстреляны. Также установлено, что это военнопленные польские офицеры. Тогдашний главный фашистский идеолог Йозеф Геббельс возложил всю вину за этот бесчеловечный акт на советское руководство.

- Когда рассматривают такие вещи, как гибель людей, наверное, должны действовать какие-то научные юридические механизмы. Есть презумпция невиновности, поиск мотивов. Мотивы, без сомнения, были у Германии - повернуть ход войны в другую сторону, агитировать международное сообщество консолидироваться против СССР, был интерес у польского правительства в изгнании - дискредитировать коммунистов. Появится затем интерес у западной стороны - дискредитировать СССР в холодной войне. Были политические интересы, под эти интересы подверстывается история, - заявил доктор исторических наук Вардан Багдасарян.

О том, что в массовом расстреле пленных поляков виновата Германия говорили и во время Нюрнбергского процесса. В обвинительном акте были представлены материалы комиссии Бурденко. Международный трибунал их не опроверг. В советское время это было, что называется, «априори». Однако, в конце восьмидесятых годов прошлого века, когда Советский Союз дал первую трещину, а затем в девяностых, когда СССР начал рушиться, о трагедии польских офицеров заговорили вновь. 13 апреля 1990 года в заявлении ТАСС официально говорилось о том, что бесчеловечный приказ о расстреле пленных поляков отдали некоторые руководители Советского Союза. Практику «посыпания головы пеплом» в угоду неким политическим мотивам и заграничным благодетелям продолжили уже депутаты Государственной Думы Российской Федерации. 26 ноября 2010 года в парламенте страны появилось аналогичное заявление. По мнению участника конференции, главного редактора научного журнала «Наука. Общество. Оборона», доктора исторических наук Владимира Кикнадзе, эту трагедию превратили в политический фарс.

- То, что это политический процесс, политический фарс, подтверждают многочисленные документы, многочисленные свидетельства тех лиц, которые принимали в этом участие в конце 80-х-начале 90-х годов. Ну и самое главное – абсолютную вымышленность, фальсификацию этих версий подтверждает и сегодняшняя конференция, и многочисленные результаты научного поиска, - отмечает историк.

- В истории с польскими военнопленными пора ставить точку. Озвученная во время конференции мысль о том, что проблему из чисто политической надо превращать в сугубо научную, на мой взгляд, правильная. Свое слово должны сказать ученые, а не политики. И к окончательному решению по этому вопросу надо привлекать и польскую сторону. Однако, не думаю, что польская сторона заинтересована в истинной правде. Сейчас, в угоду антироссийской истерии, творящейся у наших западных соседей, правда им будет сильно резать глаза. Это печально, но это факт, - подчеркнул заместитель председателя Законодательного Собрания Тверской области, руководитель Тверского отделения Российского военно-исторического общества Виктор Константинов.

Мемориал жертвам политических репрессий в Медном упоминался во время конференции еще и в контексте увековечивания памяти погибших во время Великой Отечественной войны красноармейцев. В поселке и вокруг него в 1941 году располагались военно-полевые госпитали. Умерших от ран бойцов хоронили тут же. Однако эти братские могилы до сих пор безвестны.

- Очень логично, что это место должно стать предметом изучения, в том числе и археологического, с применением современных технических средств, когда мы не просто убедимся в наличии или отсутствии этих захоронений. Но, если они есть, а предполагается, что они там есть и сегодня выдвигались аргументы в пользу этого, возможно, удастся установить имена и фамилии бойцов и командиров, их имена будут возвращены из небытия, - говорит один из организаторов конференции, руководитель департамента науки и образования Российского военно-исторического общества Юрий Никифоров.

Впрочем, и эта мысль тоже обсуждалась в кулуарах конференции, помочь окончательно разобраться в проблеме может и повторная эксгумация уже известных захоронений на территории мемориала в Медном. Первая была в девяностых годах, проводили ее польские специалисты, однако, по чьей-то прихоти, практически тайно. Во всяком случае, до сих пор ни материалами раскопок, ни экспертными заключениями поляки ни с российскими учеными, ни с федеральными властями не поделились. В Российском военно-историческом обществе настаивают на том, что к такому исследованию, если решение будет принято, надо привлечь профессионалов – девяностый отдельный поисковый батальон Министерства обороны РФ, профессиональных военных историков и военных археологов из Поискового движения России. Должны быть привлечены к работе и общественные организации, журналисты. И не только российские. Участие польской стороны, по мнению Юрия Никифорова, придало бы современному исследованию не только мемориала в Медном, но и проблемы польских военнопленных в целом, большую легитимность. Но сейчас все приглашения к совместной работе польская сторона игнорирует. Вот и на приглашение к участию в этой конференции поляки не ответили.