Беззащитные леса

14.02.2014 23:58:00

В России запретят промышленные рубки защитных лесов. В Тверской области они занимают более 2 млн га, то есть половину лесного фонда региона

В России запретят промышленные рубки защитных лесов. В Тверской области они занимают более 2 млн га, то есть половину лесного фонда региона

На защитные леса приходится 18% площади России. Их основная функция — сохранять питьевую воду, чистый воздух, стабильный климат, плодородие почв. К категории защитных лесов относятся и леса в черте городов, и охраняемые памятники природы (ООПТ), которые являются не чем иным, как особо охраняемой природной территорией. Но к проблеме охраняемых памятников природы мы вернемся чуть позже.

Из крайности в крайность

В отдельную категорию защитные леса выделяются Лесным кодексом 2006 года. В нем прописано, что леса в России подразделяются на эксплуатационные и защитные. Однако для последних в Кодексе не предусмотрены специальные, отличные от эксплуатационных лесов, нормативы, которые бы конкретно регламентировали деятельность в них. И сейчас теоретически в любом защитном лесу, на любом участке лесные министерства регионов могут назначить рубки, что и происходит на практике. При этом организационные процедуры не отличаются от тех, что существуют для эксплуатационных лесов, и отдельно такие рубки никак в статистике не учитываются. Хотя уже известны и регионы-чемпионы по рубкам защитных лесов — Дальний Восток, Приморский край.

Что интересно: когда приняли современный Лесной кодекс, охранный режим для многих категорий защитных лесов поначалу был даже усилен. В этих лесах были запрещены вообще все рубки. Но потом в него начали вноситься изменения, и сейчас фактически существует только один запрет — на сплошные рубки. Практически разрешена передача защитных лесов в аренду для заготовки древесины. Последние поправки на этот счет были внесены в 2010 году. Изменения в кодексе, как считают эксперты «Гринпис», не только позволили вырубать защитные леса в промышленных масштабах, но и допустили возможность «распила» лесных земель под застройку и т.д. При застройке ООПТ предприимчивые арендаторы и чиновники подкрепляют свои действия ссылкой уже не только на Лесной кодекс, а на документ рангом пониже — закон «Об особо охраняемых природных территориях».

Законодательная прореха

В Твери с проблемой застройки уже столкнулись жители территории, прилегающей к Бобачевской роще. Напомним, что это не просто место отдыха жителей Московского района, а охраняемый памятник природы, образованный по решению исполкома Калининского областного совета народных депутатов еще в 1982 году. А как уже было упомянуто, охраняемый памятник природы относится к категории защитных лесов. Однако в истории с Бобачевской рощей и стройкой рядом с ней не все так просто.

При организации ООПТ, как разъяснено в письме (копия имеется в редакции) жителям и.о. прокурора Московского района Владимира Кашулина, вокруг них могут выделяться охранные зоны. Решение о создании таких участков — прерогатива регионального министерства экологии и природных ресурсов. Как и на территории охраняемого памятника природы, так и в зонах, которые его окружают, введен «регулируемый режим хозяйственной деятельности». То есть продать, сдать в аренду и совершить иные действия с расположенными на них участками нельзя.

Однако в законодательстве сказано, что организация подобных зон не является обязательной. Оттого вокруг Бобачевской рощи охранных зон не имеется. Вероятно, это позволяет отдать в аренду участки, непосредственно прилегающие к ней, под так называемое «комплексное освоение», в том числе и застройку многоэтажными домами. Более того, формально не определены и ее собственные границы как охраняемого памятника природы. Поэтому в связи с отсутствием точных границ этой ООПТ министр природных ресурсов и экологии Тверской области Николай Протасов написал жителям домов, прилегающих к роще, что «основания для проведения государственного надзора в области охраны и использования» ООПТ на территории Бобачевской рощи в настоящее время у министерства отсутствуют.

Запрет на коммерческие рубки в защитных лесах поставит заслон и коммерческому использованию древесины из них. Уже подсчитано, что по в целом по стране ущерб от запрета составит 20 млрд рублей. В Московской области готовы решать эту проблему построив 7 заводов по переработке древесины, остающейся от санитарных рубок.

Щепки летят

Труд по созданию законопроекта, важного как для страны в целом, так и для нашего региона в частности, взяло на себя Минприроды РФ. Новый документ призван распутать узел проблем и устранить противоречия, которые имеются в Лесном кодексе 2006-го года.

Но предлагаемый законопроект так и не устранил имеющуюся в законодательстве прореху — об обязательности охранных зон вокруг ООПТ, не скорректировал противоречия между Лесным кодексом и другими актами, касающимися статуса защитных лесов.

К положительным моментам нового законопроекта относится то, что он наконец-то обратил особое внимание на поддержание таких территорий в надлежащем состоянии. Ведь, как справедливо указали в пояснительной записке к законопроекту его разработчики, у защитных лесов, выполняющих преимущественно экологические функции, недостаточно естественных механизмов самоподдержания. Зеленые насаждения требуют постоянного проведения санитарных рубок, посадки новых деревьев и т.п.  

Возвращаясь к истории с Бобачевской рощей, нужно сказать, что ей вообще «не повезло». За годы ее существования как охраняемого памятника природы должного ухода за ООПТ практически не было: старые больные деревья не вырубали, новые не сажали. Мотив был один — нет финансирования. Положение может измениться, ведь законопроект предусмотрел средства на лесохозяйственные мероприятия в защитных лесах в размере 400 млрд рублей по всей стране. Однако радоваться тому, что скоро появятся деньги на рощу и ее наконец-то приведут в порядок, особо не стоит: если в ней будут назначены санитарные рубки, то они могут свести на нет зеленый оазис. И если очистку рощи от старых и больных деревьев можно будет произвести в течение недели, то восстанавливать утраченные насаждения придется десятилетиями.

Страшнее короеда

В Тверской области, по экспертной оценке директора «Центра защиты леса Тверской области» Константина Каупуша, из-за деятельности или бездеятельности человека в год погибает лесов на 500 га больше, чем от таких грозных вредителей, как короед-типограф и прочих насекомых.

Немалый урон наносят защитным лесам и «черные лесорубы». Так, в январе этого года группа незаконных рубщиков была осуждена Торопецким судом. Ущерб, который они нанесли защитным лесам составил 0,5 млн рублей. Решение проблемы незаконных рубок уже сдвинулось с мертвой точки: с января 2014 года в России принят регламент, согласно которому каждая партия древесины будет учтена в специальной электронной базе. В ней будет отслеживаться ее прохождение от лесосеки до таможни.

То есть, дело с коммерческими вырубками защитных лесов, которые были раньше разрешены, наконец-то сдвинулось в мертвой точки. Однако изменения в законодательстве всех проблем для защитных лесов Тверской полностью не решит. А то и прибавит их.

Дело в том, что запрет на коммерческие рубки в защитных лесах поставит заслон и коммерческому использованию древесины из них. Уже подсчитано, что по в целом по стране ущерб от запрета составит 20 млрд рублей. Потеряет работу немало людей.

В Московской области готовы решать эту проблему: там намечено строительство 7 специальных заводов по переработке низкокачественной древесины, остающейся от санитарных рубок. В Тверской области — ни одного. Станут ли срубленные деревья в защитных лесах хламом, еще больше засоряющим их, а также рассадником вредителей, что нанесет еще больший урон? У общественности есть возможность внести свои предложения по законопроекту, пока идет его обсуждение на сайте regulation.gov.ru.