В Тверской области учреждена неофициальная литературная премия, ее первый лауреат — медсестра реанимации

24.12.2021 10:25:00

Поэт Любовь Колесник сообщила, что намерена награждать литераторов Твери и региона за подвиг преодоления. Уже назван первый лауреат.

Вечером 23 декабря 2021 года на своей странице в Фейсбук поэт из Ржева Любовь Колесник объявила о учреждении новой литературной премии. Профессиональный конкурс создан ею для тверских участников литературного сообщества и не является официальным. 

«Сегодня я учреждаю свою собственную литературную премию — «Тверская горькая». Ею я буду по своему выбору награждать тверских литераторов за подвиг преодоления», —

написала идеолог премии в соцсети.

Название премии метафорично, однако призовой фонд созвучен ему и вполне реален. Его автор идеи премии рекомендует «добавлять по чайной ложке в чай перед сном». 

Люба Колесник призывает всех желающих поддержать премию финансово и благодарит тех, кто уже отозвался. 

Лауреатом первой премии «Тверская горькая» назван поэт Ольга Кочнова, которая работает медицинской сестрой реанимации ГБУЗ Областная клиническая больница и долгое время трудилась в «красной зоне». «Ежедневно этот человек спасает других людей, и стихи ее прекрасны», — комментирует Любовь Колесник. 

Ольга Владимировна Кочнова – поэт, родилась в 1979 году в Твери. Окончила медицинский колледж и Литературный институт им. А. М. Горького. Публиковалась в журналах «Юность», «Студенческий меридиан», «Форум», «Наш современник», «Дон», «Невский альманах» и др. Финалист конкурса «И ляжет путь мой через этот город…» в рамках фестиваля «Провинция у моря» (Украина, Одесса ‒ Ильичевск) и ряда других конкурсов, лауреат премии альманаха молодых писателей «Пятью пять» (Москва), лауреат премии им. Ю. П. Кузнецова (журнал «Наш современник») и др. Член Союза писателей России. Живёт в Твери. 

Кафа 

и вот нас поместили в карантин 

из лабиринта каменных строений 

едва ль найдётся выход 

южный город 

наречия и века здесь вбиты в пыль 

подошвами бесчисленных сандалий 

скрипучими колёсами повозок 

идёшь 

идёшь 

а за спиною гул 

невнятное на птичьем бормотанье 

оглянешься 

а улица пуста 

Старый город 

…по улочкам кривым и низкорослым 

обвитым виноградными плетьми 

вдали от туристических маршрутов 

бродить под кафским солнцем изнывая 

в армянской слободе мощенный дворик 

здесьь старая армянка моет сливы 

через плечо перекинуто полотенце 

белейшее как облако над бухтой 

а в смуглых сморщенных ее руках 

поблескивают темно-синим сливы 

она их моет и кладет на блюдо 

 выплескивает воду 

та бежит 

бежит 

бежит 

смывая пыль с камней 

жара удушливей 

и воздух тяжелее 

и пахнет йодом 

и идет гроза

* 

Окно откроешь – оттепель, зима. 

Потянешь воздух – свежесть пахнет хлоркой, 

бензином, 

чем-то там ещё. 

Глухонема 

настанет ночь, прильнет к стеклу за шторкой. 

И станет вглядываться в неуютный быт. 

Кипит, вскипел и убегает кофе. 

И женщина, чей силуэт размыт, 

сама сродни вселенской катастрофе, 

бесцельно смотрит в тёмное стекло, 

а там зима, и оттепель, и слякоть. 

Гадает – повезло не повезло, 

что вот и всё, 

что разучилась плакать. 

* 

я ношу в себе свою смерть 

в черепной коробочке под замком 

говорят горишь 

но гореть 

больше нечему 

молоком 

льдистым 

стукнет в окно февраль 

вот и оттепель 

вот и снег 

вот и смотрит куда-то вдаль 

сквозь меня другой человек 

смотрит мимо и невпопад 

смотрит как невесом и свеж 

заполняет собой снегопад 

меж двумя городами брешь

* 

Вот стая уток плещется в реке. 

Вот малое дитя кидает крошки, 

протягивает крошки на руке, 

хохочет, хоть и боязно немножко. 

Вот девушка, как бабочке тесна 

её же угловатость – тонкий кокон. 

А вот рыбак – едва блеснет блесна, 

плеснет водой в короткой вспышке окунь. 

Вот парк, там пробуждаются цветы, 

над ними чёрный шмель гудит усердно. 

Вот я иду, а мне навстречу – ты, 

и так светло, как будто я бессмертна.

*

вот и кажется - снова по дну, по льду 

на осклизлых камнях скользя 

отступает вода за лесок, за гряду 

оглянуться - нельзя, нельзя 

а оглянешься - рыба идёт косяком 

плавниками касаясь туч 

старый Пётр куда-то бредёт босиком 

- что ты ищешь? 

- старенький ключ 

обронил не найду... 

в броднях ил да шуга 

чахнет небо в преддверии стуж 

и до врат далеко - берега, берега... 

бредень полн неприкаянных душ