Истина в вине: тверской ТЮЗ представил свое видение поэмы «Москва-Петушки»

17.09.2019 14:05:00

Весной этого года на торжественной церемонии награждения артистов тверского ТЮЗа в честь Всемирного дня театра директор Александр Бахарев обмолвился, что в грядущем сезоне тверских театралов ожидает несколько новинок. Тогда как-то особенно загадочно прозвучала новость, что вовсю готовится очередной моноспектакль. На этот раз - от молодого, но опытного актера Сергея Зюзина.

Текст: Юрий Кулагин, Дарья Кравчук

Фото: Юрий Кулагин

Весной этого года на торжественной церемонии награждения артистов тверского ТЮЗа в честь Всемирного дня театра директор Александр Бахарев обмолвился, что в грядущем сезоне тверских театралов ожидает несколько новинок. Тогда как-то особенно загадочно прозвучала новость, что вовсю готовится очередной моноспектакль. На этот раз - от молодого, но опытного актера Сергея Зюзина. 

Название моноспектакля стало известно зрителям совсем недавно, когда появились первые афиши ожидаемых премьер. На одной из них красовалось «Москва-Петушки» и дата - нынешний сентябрь.

Поэма Венедикта Ерофеева ставилась, кажется, уже во всех возможных театрах всех возможных городов. Но каждый раз постановки получаются разными. Не стала исключением и версия тверского театра - все-таки нечасто это произведение воплощалось на сцене именно в формате моноспектакля.

Знакомую круглую сцену в знакомом зрительном зале окружают непривычные ряды жестких стульев. Выставленные амфитеатром сиденья ютятся на самом краю сцены, напоминая аудитории о неудобных советских электричках и в то же время перенося ее ближе к артисту. А вот, к слову, и он - пьянчуга Веничка предстает нам в довольно нелицеприятном виде. Распластанный звездой, в вывернутых наизнанку штанах, мучимый похмельем в терминальной стадии. Перед Веничкой лежат две непростые задачи: вспомнить, как правильно двигать руками и ногами, и добраться из Москвы до Петушков, чтобы привезти гостинцы любовнице и сыну, который совсем недавно выучил букву «Ю». Так как в одиночку Веничка путешествовать не любит, он берет с собой своих верных товарищей - несколько склянок со спиртным и истертый чемодан (разумеется, с сюрпризами). Не бог весть какая компания, но поездку, да и жизнь в целом, нашему герою эти попутчики скрашивают.

Дальнейший сюжет весьма прозаичен: Веничка добирается до поезда, долго едет в Петушки, истязая себя любым попадающимся алкоголем, видит странные сны и в итоге оказывается снова в Москве, где его уже ждут несколько интересных ребят. Но в моноспектакле ТЮЗа, как, впрочем, и в книге, важен не столько маршрут героя, сколько его рассуждения и мысли. Ну и постановка, разумеется. За нее на этот раз отвечал сам Сергей Зюзин вместе с ярославским режиссером Семеном Ковалевым. 

Но сперва - лирическое отступление. Тверской Театр юного зрителя - это на редкость благодатная почва для актерского саморазвития. У любого более-менее заядлого поклонника ТЮЗа складывается ощущение, что театр вообще не ограничивает своих артистов в выборе ролей, позволяя играть максимально разноплановых персонажей. Сергея Зюзина, например, можно было увидеть как в относительно спокойных ролях, так и в эксцентричных образах. Но зачастую он остается в памяти зрителя как артист, отвечающий за мрачных, брутальных, даже злых персонажей - уж больно хорошо они ему удаются. Так вот: в моноспектакле «Москва-Петушки» Сергей как никогда прежде смог раскрыться именно в драматической ипостаси.

За полтора часа на сцене артист убедительно показывает зрителям, что Веничка - это не просто пьянчуга подзаборный. Это пропащий интеллектуал, обладающий бесконечно широкой душой, страдающий за все человечество, но при этом замечающий и недостатки рода людского. Все его качества - и положительные, и отрицательные, - возводятся в абсолют, стоит только Веничке притронуться к алкоголю. Пропитанный парами спирта герой уже настолько сроднился со всеми сортами вин и разновидностями паленой водки, что уже не представляет ни себя, ни своей жизни, ни даже небольшой поездки на электричке без чего-нибудь с градусами. Первая рюмка с утра возвращает душу Венички в его же бренное тело. Вторая - доводит до эйфории. Третья - до безумия.

Все эти метания падшего человека Сергей Зюзин прекрасно воплотил на сцене. Артист настолько вжился в роль, что ничуть не стеснялся прыгать, бегать, падать, обливаться водой и разговаривать со зрителями. К последнему приему сценический Веничка прибегает особенно часто - герой регулярно ведет диалог с аудиторией, из-за чего та чувствует себя то свитой ангелов, наблюдающих за путешествием персонажа, то безмолвной толпой попутчиков, сопровождающих его в электричке.

Хотя есть на сцене и другие пассажиры. Веничка то и дело обращается к куклам из плотно набитых пиджаков и курток. Угрожает им, уговаривает, и пьяному герою не так уж важно, поддерживает ли собеседник разговор. В конце концов, ответ можно и додумать.

Зритель не просто верит Веничке в исполнении Зюзина. Персонажа становится по-настоящему жалко, несмотря на его спорный характер и хмельное поведение. Да, он довел себя до впечатляющего упадка, но под всем внешним опьянением скрывается непростая душа с непростыми мыслями. Которые, как правило, посвящены русскому народу, его добродетелям и его грехам. Вообще, на примере Венички можно увидеть в принципе всю суть какой-то абстрактной жизни советского гражданина. И тотальную разочарованность в этой самой жизни.

Кстати, не только о советском гражданине думает Веничка. В интерпретации ТЮЗа регулярно проскакивают совершенно современные темы. Например, герой может неожиданно взять и вспомнить о пожарах, опустошающих сибирские леса. Или взять и сыграть на стеклотаре узнаваемые мелодии современных исполнителей. В результате насквозь советский Веничка превращается в безвременного персонажа, размышления и действия которого не выглядят неуместными и в наше время. Совсем хорошо, когда постановка показывает, что за неприглядной внешностью забулдыги скрывается духовно образованный, но совершенно потерявшийся человек. Сейчас, когда школьники порой не гнушаются развлечься избиением бездомных, это довольно важная мысль.

Зрители сидят в зале, напрочь погруженные изящной работой звукорежиссера в атмосферу пригородной электрички. Откуда-то иногда играет незримый «Аукцыон», стучат по рельсам невидимые колеса. А на маленькой сцене разворачивается большая история. И это не история одного конкретного Венички Ерофеева, и даже не история любого привокзального пропойцы. Это история очень многих людей, как в советской, так и в современной стране. В том числе - и история самого автора.

Конечно же, моноспектакль «Москва-Петушки» пополнит коллекцию прекрасных постановок Тверского ТЮЗа и надолго задержится в репертуаре. Он ни в чем не уступает другим интерпретациям поэмы, а во многом оказывается и куда удачнее их. Это такая своеобразная полуторачасовая лекция по человечности, по итогам которой зрителям дают непростое домашнее задание - перестать уже, наконец, судить о людях по обложке. Жаль только, что это задание лучше выполнить в как можно более раннем возрасте, а на «Москва-Петушки» пускают зрителей исключительно старше 18.